sumie-art.ru объединяет художников, работающих в технике Суми-Э, и любителей восточной живописи RSS
/ Статьи /

Эхо природы и души в полотнах Нихонга

Эхо природы и души в полотнах Нихонго
Всякая вещь, исторгнутая из состояния покоя, поет…
29 сентября состоялась встреча японского художника Кондо Юкио с учениками художницы Александры Васильевой в студии восточных искусств "Chainka".
Эта встреча особенно интересна, потому что Кондо Юкио представляет особое направление древнейшей японской живописи –Нихонга. Стиль Нихонга сохраняет с давних времен и по сей день глубокую связь с природой Японии, ее ландшафтом, философией бытия и представлениями о красоте жителей Страны восходящего Солнца. Поучителен был рассказ Кондо Юкио о своем творческом выборе. Казалось, что это произошло случайно. Он рос в семье врача, и отец хотел, чтобы сын продолжил семейные традиции. Но Кондо с юности имел дар видеть красоту окружающего мира в живописных образах: видел гармонию ветвей придорожного кустарника, особые оттенки неба на закате, силуэты гор и очертания облаков. Отец хотел, чтобы он лечил людей медицинскими препаратами, но Кондо понимал, что искусство сильнее всех лекарств может врачевать душу человека.
В старших классах высшей школы он ушел из дома, путешествовал, познавал красоту и безобразие мира. Вернулся он из своих странствий с множеством рисунков и набросков с натуры. Это были наивные, безыскусные зарисовки гор, растений, животных, птиц и людей. Отец понял, что у его сына душа художника. Потом, когда к Кондо Юкио придет слава и признание, выйдут два сборника его работ с характерными названиями : «Эхо природы» и «В глубине глаз».

Но отец был полон тревоги, не упущено ли время, не поздно ли поступать в Художественный Университет, ведь мастерство живописи в Японии осваивают с раннего детства. Однако удача сопутствовала молодому художнику. Он сделал верный выбор, определяя специализацию. Большинство его товарищей ориентировалось на традиции европейской масляной живописи. А познавать секреты древнего стиля Нихонга почти не было желающих. Да и до сих пор владеют мастерством живописи Нихонга очень немногие японские живописцы. Кондо –сан рассказал о том, насколько непроста эта техника.

Живописные произведения этого стиля создаются минеральными красками, полученными путем перетирания в порошок полудрагоценных камней: лазурита, ультрамарина, коралла. А еще на полотнах Нихонга используются тончайшие пластинки платины, алюминия, сусального золота и серебра. Белая краска получается из размельченных устричных раковин. Один и тот же минерал может дать шестнадцать оттенков цвета в зависимости от степени измельчения. Чтобы такие краски держались на бумаге, ее покрывают особо подготовленным, нагретым до температуры 60-70 градусов природным желатином.
Кристаллы отражают свет по-разному, их блеск меняет солнечное освещение и облачные тени, на них влияет время года и время суток. Лепестки серебра и золота передают свет луны и сияние солнца, а крупицы черного камня - живой блеск орлиного зрачка.
Художник любит размышлять и сравнивать стили и школы живописи разных народов. Кондо Юкио считает, что в европейской живописи все предрешено, зафиксировано раз и навсегда, а в Нихонга всегда неповторимо, его эффект непредсказуем и изменчив.
Не случайно в Японии существует поверье: если на полотне Нихонга дракону нарисовать глаза, то он непременно оживет и взовьется в небо.
Кондо Юкио удивил слушателей утверждением, что живопись суми-э требует большего мастерства, опыта и тщательности, чем Нихонга. Ведь нужно создать образ тысячью сложных переходов черного и белого цвета. Он видит в суми-э вершину мастерства зрелого художника. Он остается один на один с бумагой и тушью. А Мастеру Нихонга помогает природа, лучи света, блеск камня, игра граней кристалла, отлив металла. Художник не забыл рассказать о секретах изготовления кистей. Они тоже живые, как и краски. Кисть подбирается волосок к волоску из шерсти разных животных. Важно, как она впитывает и хранит влагу, долговечна ли и эластична. И кисти, и краски не простые инструменты ремесленника, а друзья и помощники творца. Зачастую кисть мастера Нихонга переживает ее создателя, как и его картины.
Познавателен для изучающих живопись суми-э был рассказ Кондо-сан о японском чувстве эстетики. Это прежде всего красота непосредственности и естественности. Часто это ощущение называют сознанием «красоты без приложения усилий». Кондо –сан считает, что это шире компетенции искусства. «Разве не является умение находить красоту в формах и текстуре, созданных природой, эстетикой общества, которое взрастила природа.» Искусство должно помогать людям органично, без напряжения и усилий.
Иллюстрируя свою мысль, Кондо-сан обратил внимание слушателей на картину Хаями Гёшу «Пламя. Танец». Огонь притягивает мотыльков, они кружатся во тьме в его кровавых отблесках,их полет подобен танцу, но безжалостный огонь опаляет крылья, превращая в пепел, и мотыльки гибнут. Но это прекрасно: есть красота во времени и пространстве, есть время достойно жить и время умирать. Эту мысль по-своему передал в стихах Хатори Хасо:

Мотылек сгорел,
Но важнее, что он решился
Лететь на свет.

Ещё Кондо-сан говорил о красоте незавершенности в японской эстетике. Все существующее может быть совершеннее и лучше. Поэтому японские художники неспешно работают над своими творениями долгие месяцы и годы. Свою картину «Волна», ставшую потом полотном «Цунами», художник пишет уже 15 лет, но она далека от завершения, хотя уже сейчас ясно, что это одно из лучших произведений Кондо Юкио. Даже миниатюрное полотно «Перо» он писал полгода. Правда, художник, работающий в стиле Нихонга, всегда создает несколько картин одновременно. Ведь приходится ждать, когда закрепится красочный слой, когда просохнет желатиновая основа на бумаге или холсте. Бывали периоды, когда Кондо работал над семью-десятью сюжетами.

Кто-то из слушателей спросил, почему у Кондо Юкио так много зимних зарисовок. Он ответил, что его любимое место в Японии – Хокайдо. Летом на Хокайдо растут травы по пояс. А в некоторых местах они скрывают путника с головой. Поэтому Кондо делает наброски с натуры на Хокайдо зимой, когда трава поникла под тяжестью снега, и можно путешествовать везде в специальной снежной обуви. Слушатели постеснялись спросить, какая волшебная снежная обувь есть у художника. Вероятно, он имел ввиду лыжи. А ещё зимой на снегу видны мелкие животные и их следы. Он специально подкармливает зверей и птиц и зарисовывает. Зимой на Хокайдо появляются орлы, Кондо любит наблюдать за ними и изображать на своих картинах. Дома он делает акварели на основе набросков, а потом воплощает их в полотна Нихонга.

Серьезный разговор об искусстве и японском чувстве эстетики завершился неожиданно весело. Во время чаепития Кондо-сан достал заветную коробочку и подарил слушателям забавных пингвинчиков и черепашек, которых он делает на досуге из подручных синтетических материалов. У одного из пингвинов был парашют, и серьезные взрослые люди, только что пытавшиеся разобраться в сложностях эстетики японского искусства, как дети с восторгом подбрасывали пингвина-парашютиста к потолку и радовались его полету.

В заключение ученики группы Александры Васильевой поблагодарили Кондо Юкио за интересный рассказ о творчестве, а художник , довольный приемом и заинтересованностью собравшихся, обещал приехать в Москву еще раз.


Галерея работ художника http://http://sumie-art.ru/?page=190


Автор статьи доцент, культуролог Иванова Наталья Борисовна